Порвите меня на части. Ч.7

Взгляд в прошлое

  Иногда на нас так жалко смотреть со стороны, что хочется просто схватить что-то тяжёлое, ударить себя хорошенько, чтобы впредь не совершать поступков, за которые стыдно. Иногда один взгляд на самого себя в зеркале заставляет вывернуть все кишки наружу. Иногда просто себя ненавидишь до такой степени, что каждое движение подвергается кропотливому анализу и дальнейшему уничтожению грёбаного эксперимента, в котором довелось поучаствовать.    День за днём мелкие дьявольские детали оседают в голове. День за днём их накапливается бесчисленное множество, а когда уже нет места для накопления таких вот мелочей, то начинаешь заниматься самоедством. Сначала ты откусываешь от себя кусок, пережёвываешь и выплёвываешь. Потом откусываешь кусок побольше, пережёвываешь тщательно и пытаешься через силу проглотить его. Проходит какое-то время, и ты с удовольствием выгрызаешь всё то, что ещё недавно было тобою. В один прекрасный момент от тебя не остаётся совершенно ничего. Тебя даже на улице не замечают, потому что ты — банальное ничто. Люди почувствуют лишь неприятный холодок, когда ты пройдёшь мимо, но ни один из них тебя не увидит. Ты стал тем, кого из себя делал всё это время. Просто ничем.

    Девушка очнулась от такой привычной уже комы. Тело немного болело, но от прошлого происшествия совершенно ничего не осталось: ни единой раны, ни единого пореза. Казалось, что это был всего лишь, которых тысячи за последнее время, но которые на самом деле оказались реальностью. Неужели друг стоит таких жертв? А разве она догадывалась, что с ней произойдёт. Ей нечего было терять, ей ничего не оставалось, кроме как последовать за ёбаным ничем в ёбаное никуда. Если бы она только могла, то вернулась в то место, откуда началось её длительное путешествие. Увы, это невозможно. Девушка уже даже не знала, хочет ли она, чтобы её лучший друг вернулся к жизни. Такие жертвы ради одной мелкой душонки? Насколько себя нужно ненавидеть, чтобы лечь костьми за чью-то жизнь? Неужели своей жизни мало? Об этом не думаешь, когда сталкиваешься один на один с одиночеством и грёбаным самоедством, от которого уже ничто не спасало, кроме одной вещи. Но об этом даже вспоминать не хочется. Зависимость.

 Девушка осмотрелась по сторонам и поняла, что находится в странном месте. Вокруг лишь голые холодные стены, от которых веяло замогильной тоской и унынием. Наверное, здесь отдыхает сама смерть от тяжёлой ежедневной работы. 

— Удачное место для того, чтобы выспаться или перерезать себе глотку. 

   За последние дни или уже даже месяцы (девушка на самом деле не понимала, сколько времени она находится в этом мире) произошло столько, что цинизм просто вырывался из груди несчастной жертвы несуществующего измерения, что проедал не только её плоть, но и душу. Она вспомнила, как поддалась чьим-то указаниям буквально сегодня ночью, и ей стало стыдно за то, что произошло. Да, она могла запереться в квартире на несколько суток и беспробудно пить, но чтобы нанести себе увечья. Это уже слишком. Конечно, она не могла не делать того, что ей приказали, потому что сопротивляться не было сил, да и нервы изрядно сдавали. Да и кто какое право имеет её осуждать? Она пыталась найти оправдание всему тому, что делала или что намеревалась сделать. Друг лежит в коме и даже не подозревает, что его ёбнутая подруга допилась до такой степени, что отправилась путешествовать в мир иллюзий, где её насилуют, избивают и чуть ли не мыло варят из её жира. Сарказм, грёбаный сарказм, который способен конкурировать с цинизмом в равной борьбе за главный приз в номинации «Ублюдочное высказывание года». Если бы он только знал.

— Да к чёрту его! Неужели я так себя ненавижу, что готова пожертвовать собой ради него. Умирает он и что? Какое мне дело до этого? Сделала из себя ничтожество, о которое проще вытереть ноги, чем о тряпку возле входной двери. Чёрт возьми, да я себя чувствую хуже этой тряпки.

   Девушка сидела на полу тёмной заброшенной комнаты и жалела себя. Она пыталась найти оправдание всему тому, что сделала, но не могла. То чувство, которое двигало ею раньше, было потеряно навсегда и безвозвратно. С каждой мыслью, проносящейся в голове, она становилась чудовищем, которое могло пожалеть лишь себя. Это чудовище заботилось лишь о себе, оно готово было убить любого, кто просто взглянет в его сторону. Девушка чувствовала как бешено бьётся её сердце. Злость сковала её полностью. Хотелось убивать, но она как заключённый или сумасшедший сидела в этой комнате и не шевелилась. Непонятные картинки проносились в её голове. Она не могла ничего сделать. Сейчас ненависть ко всему живому и мёртвому превращала её в монстра, который готов был уничтожить всё ради удовлетворения желания крови и боли.

— Я не могу чувствовать всё то, что раньше для меня было святым. Я не хочу чувствовать.  Я хочу быть той, кем была всегда.

— Ты всегда была такой. Ты просто приглушила эти мысли и чувства, которые были на поверхности долгое время.

 Внезапно возле окна комнаты появился силуэт Я. Она стояла спиной к девушке и смотрела куда-то вдаль. Ни единого движения не последовало с её стороны. Я стояла неподвижно как статуя.

— Что ты имеешь в виду? — Спросила девушка, ничуть не удивившаяся тому, что её Я появилась внезапно и бесшумно, как появляются тени в полночь.

—   Я просто хотела сказать, что ты всегда была монстром, который не чувствовал жалости к кому-либо. Ты всегда пыталась подавить в себе что-то человеческое. Для тебя были неважны средства, ты шла к цели по головам. Незаметно, неспешно, но шла. — Я отошла от окна и повернулась лицом к девушке. Было видно лишь половину её лица, и девушке показалось, что эта половина была искалечена. Будто кусок мяса свисал в том место, где должна была быть кожа.

—   Что с тобой? Что случилось? У тебя…

—   Со мной всё в порядке. — После этих слов Я зашла в тень, и снова было видно лишь её силуэт. — Ты помнишь, как стала такой, кем являешься? Не думаю, что чрезмерное употребление алкоголя повлияло на твои воспоминания. Как раз эти воспоминания и побуждали тебя всякий раз хвататься за бутылку. Слабости утопают в алкоголе. Разве не твой девиз?

—   Возможно, ты права. Но благодаря ему я смогла забыть о том, что было со мной много лет назад. Зачем ты мне напомнила о том, что происходило раньше? Я только зализала раны, а ты снова разодрала мне их до крови. — Девушка была не в силах сдерживать злость, и последние слова она просто прокричала.

—   Не повышай на меня голос. Я знаю тебя лучше всех. Я — это ты, в конце концов. Тем животным, которым ты стала, я была тоже. — Небольшая пауза повисла в холодной мрачной комнате. — И являюсь до сих пор, — закончила Я.

—   Если ты так хорошо знаешь, в кого я превратилась, то к чему весь этот разговор?

—   Сейчас узнаешь.

Я подошла чуть ближе к девушке, взмахнула рукой, и перед ней появилось фиолетовое облако. От него невозможно было оторвать взгляда. Облако становилось всё больше и больше, пока не стало размером с огромный валун.

— Можешь расслабиться. Тебя ждёт небольшой фильм.

Девушка посмотрела на Я, после чего перевела взгляд на облако. Там стали всплывать какие-то образы. Немного присмотревшись, девушка поняла, что видит своего брата. Там ему было лет восемнадцать. Девушка поняла, что её ждёт. Она попыталась встать, но у неё не получилось. Тогда она закричала:

— Что происходит? Я не хочу смотреть на это!

— Но тебе придётся. — Ответила Я с нескрываемым удовольствием.

Девушка смотрела на своего брата, а по щекам стали катиться слёзы. В облаке было видно небольшую детскую комнату, в которой находилось два человека: парень и маленькая девочка, которая играла со своим плюшевыми мишкой и ни о чём не думала. Парень подошёл ближе к девушке и спросил:

— А что ты делаешь, сестрёнка?

— Играю, — тихо и наивно ответила девочка.

— Хочешь, я покажу тебе что-то более весёлое, чем плюшевая игрушка?

— Хочу, — ответила малышка.

Парень встал и поднял девочку на руки. Он понёс её в свою комнату. Девочка улыбалась и, видимо, предвкушала тому, что ждало её.

Когда они зашли в комнату, брат посадил её на кровать, а сам закрыл на замок дверь. Он подошёл к сестре и произнёс:

— Сейчас я покажу тебе, как нужно играть.
  Он расстегнул брюки, спустил их вместе с трусами. Девочка с ужасом посмотрела в его сторону и не знала, что делать. Она пыталась кричать, но парень заткнул ей ладонью рот. Брат стянул с нею розовые трусики. Девочка плакала, но кроме слёз, больше ничего не выказывало её ужаса. Парень стал засовывать свой член во влагалище сестры. Это давалось нелегко, потому что организм семилетней сестры не был готов к таким стрессовым ситуациям. Из влагалища тут же полилась алая кровь. Когда парень почувствовал, что член стал легче проходить, он накинулся на малышку и стал нещадно её насиловать. Девочка плакала и пыталась хоть как-то вырваться, но в силу её возраста и сил, ей не удалось этого сделать. Брат не останавливался, а всё насиловал её. Кровать была измазана кровью малышки. Лицо парня выказывало незримое удовольствие, но девочка уже почти была без сознания. Когда брат кончил в малышку, она окончательно отключилась и лежала полумёртвая на кровати.

                            by *VonDuckular

   После того, как брат перестал насиловать сестру, фиолетовое облако стало затягивать и потом исчезло полностью. Девушка сидела всё это время неподвижно, а её щёки были мокрыми от слёз. В глазах уже не было той ненависти, которая сжимала её сердце. Лишь опустошённость проскальзывала в её взгляде.

— Ещё в детстве из тебя сделали монстра. С того самого момента, когда брат тебя изнасиловал, ты не знала ничего, кроме ненависти к себе и окружающим, самоедства и желания превратить всё, что вокруг тебя в пепел. Ты не смогла сказать родителям о том, что он с тобой сделал. Ты просто выжидала того момента, когда можно было ему отомстить. И этот момент наконец-то настал.

— Мне было шестнадцать, а он всё такой же неудачник. До сих пор жил с нами, подсел на тяжёлые наркотики. Мне достаточно было дождаться, когда родители выйдут из дома, а он вколет героин в вену. Я взяла нож, зашла в его комнату, когда он был под кайфом и даже ничего не слышал. Я медленно подходила к нему и наслаждалась мыслями о месте. Я была возле него. Он ничего не слышал, его глаза были закрыты. На мгновение мне показалось, что брат спит, но это был приход. Я подняла вверх нож и изо всей силы воткнула ему в грудь. Он закричал от боли, но мне этого было мало. Я стала втыкать нож в него снова и снова, снова и снова, пока не только кровать, но и весь не были залиты кровью, пока я не почувствовала его последнего вздоха. Теперь его глаза были закрыты навсегда. Я получила удовольствие и удовлетворила своё желание мести. Теперь я была свободна. Когда родители вернулись и увидели всё, что было в его комнате, то не знали, что делать. Всё это время я просидела с ножом в руках и смотрела на брата. Моя улыбка выдавала всё то, что я чувствовала. Мать кричала и плакала, а отец набрал номер полиции и вызвал скорую. После длительных проверок меня заперли на несколько лет в сумасшедший дом.

  Девушка замолчала, а потом расплакалась. Боль, которую она уже давно залечила психотерапией и алкоголем, снова напомнил о себе. Её колотило так, что казалось, будто она вот-вот потеряет самообладание. Ей хотелось выть от тех чувств, которые с новой волной обрушились на неё, но девушка не могла. Я всё это время смотрела на неё, но не выходила из тени. Она отстранённо стояла посреди комнаты и тяжело дышала.

    Девушка пыталась совладать с нервами, как вдруг почувствовала, что ненависть снова проснулась внутри неё. Она посмотрела в сторону своей Я, сжала кулаки, резко поднялась с пола и накинулась на своё отображение. Девушка повалила её на пол. Луна осветила лицо Я, и девушку до дрожи от увиденного сковал ужас.